ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ РЕШЕНИЕ от 24 мая 2001 г. N ГКПИ2001-853

 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

 
ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
 
РЕШЕНИЕ
от 24 мая 2001 г. N ГКПИ2001-853
 
Именем Российской Федерации
 
Верховный Суд РФ в составе:
 
    председательствующего - судьи
    Верховного Суда                                 Редченко Ю.Д.,
    при секретаре                                    Плахута Н.С.,
    с участием прокурора                            Масаловой Л.Ф.
    и адвоката                                         Пухова В.В.
 
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по жалобе К. на решения: квалификационной коллегии судей Омской области от 19 января 2001 г. и Высшей квалификационной коллегии судей РФ от 13 марта 2001 г. о прекращении его полномочий судьи по пп. 9 пункта 1 ст. 14 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации» за совершение поступков, позорящих честь и достоинство судьи и умаляющих авторитет судебной власти, с лишением квалификационного класса,
 
установил:
 
К. с ноября 1995 г. работал судьей Ленинского районного суда г. Омска, имел третий квалификационный класс.
Решением квалификационной коллегии судей Омской области от 19 января 2001 года его полномочия судьи прекращены по пп. 9 пункта 1 ст. 14 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации».
В удовлетворении его заявления об отставке отказано.
Данное решение решением Высшей квалификационной коллегии судей РФ от 13 марта 2001 г. оставлено без изменения с дополнением его указанием о лишении К. квалификационного класса.
Не согласившись с указанными решениями квалификационных коллегий, К. обратился в Верховный Суд РФ с жалобой, в которой просит об их отмене и прекращении его полномочий судьи в связи с поданным заявлением об отставке.
В жалобе, в частности, указывает на то, что принятые квалификационными коллегиями решения являются необъективными, необоснованными и незаконными.
Считает, что квалификационная коллегия судей области при вынесении решения без законных оснований расширительно истолковала содержание пп. 9 пункта 1 ст. 14 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации», введя в качестве основания прекращения его полномочий судьи понятие «существенного вреда интересам правосудия и авторитету судебной власти».
Полагает также, что квалификационными коллегиями решения приняты с нарушением требований п. 2 ст. 16 Закона РФ «О статусе судей в РФ», согласно которому судья не может быть привлечен к какой-либо ответственности за выраженное им при осуществлении правосудия мнение и принятое решение, если его виновность в преступном злоупотреблении не будет установлена вступившим в законную силу приговором суда.
Такого приговора в отношении него не имеется, а поэтому обвинение в том, что по его вине трое подсудимых не предстали перед судом, является незаконным.
Нарушение им сроков рассмотрения конкретных дел было вызвано объективными причинами, в частности наличием высокой нагрузки, что не было без достаточных оснований учтено квалификационными коллегиями.
Вынесенный им по делу Ф. приговор также не давал оснований для вывода о совершении им поступка, позорящего честь и достоинство судьи. Считает, что он фактически подвергся незаконному преследованию за выраженное им мнение по данному уголовному делу.
Без достаточных оснований, по его мнению, он был лишен и предусмотренного законом права судьи на отставку в связи с поданным об этом заявлением.
В судебном заседании К. и его представитель — адвокат Пухов В.В. — жалобу поддержали.
Представитель квалификационной коллегии судей Омской области Ярковой В.А. с жалобой не согласился и просил об оставлении ее без удовлетворения, сославшись на то, что К. систематически допускал грубые нарушения норм процессуального законодательства при рассмотрении уголовных дел, в результате которых были нарушены права граждан и причинен вред авторитету судебной власти.
Выслушав объяснения заявителя К. и его представителя Пухова В.В., представителя квалификационной коллегии судей Омской области, исследовав материалы дела и заслушав заключение прокурора Генеральной прокуратуры РФ Масаловой Л.Ф., полагавшей в удовлетворении жалобы отказать, Верховный Суд Российской Федерации находит ее не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.
В соответствии с пп. 9 пункта 1 ст. 14 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации» полномочия судьи прекращаются в случае совершения поступка, позорящего честь и достоинство судьи или умаляющего авторитет судебной власти.
Как установлено судом, К. в период своей работы в должности судьи систематически допускал грубые нарушения процессуального закона, а также недобросовестно относился к исполнению своих служебных обязанностей при осуществлении правосудия, что повлекло нарушение прав и законных интересов граждан и умаление авторитета судебной власти.
В частности, К. допустил грубую и неоправданную волокиту по уголовному делу по обвинению С. Из материалов дела следует, что 13 февраля 1998 г. под его председательством было вынесено определение об изменении С. меры пресечения и приостановлении производства по делу. Однако в этом определении не было указано об объявлении его розыска и не было вынесено по этому вопросу другого определения. Исполнение вынесенного по делу определения им не контролировалось, в результате чего розыском С. никто не занимался, и дело пролежало без движения более 2-х лет.
Только после проверки работы К. судьей Омского областного суда Л. судом был объявлен розыск С. (т. 1 л.д. 13 — 18).
Квалификационной коллегией судей области также установлено, что в результате небрежного отношения К. к исполнению своих обязанностей по осуществлению правосудия уголовные дела сдавались в канцелярию для исполнения несвоевременно.
Так, при проверке было выявлено, что 25 уголовных дел, находившихся у него в производстве, сданы в канцелярию суда по истечении более одного месяца со дня вынесения приговора. В том числе дело по обвинению Б. не сдавалось 2,5 месяца, дела в отношении О., К. и других не сдавались более 4 месяцев, дело по обвинению Б., дело по обвинению Н. и других, дело по обвинению С. и других, дело по обвинению Г. не сдавались в течение двух месяцев. По этой причине приговоры в течение указанных сроков на исполнение не передавались и вследствие этого не исполнялись.
Квалификационной коллегией судей Омской области обоснованно признано, что К. допустил существенное нарушение норм УПК РСФСР по делу в отношении Ж.
24 июля 1998 года судья К. без извещения прокурора и в его отсутствие вынес определение о прекращении уголовного дела по обвинению Ж. по ст. ст. 188 ч. 4, 228 ч. 4 УК РФ в связи с его смертью. Судебное заседание по делу не проводилось.
В качестве основания К. принял незаверенную ксерокопию свидетельства о смерти Ж., которая не является документом.
Процессуально появление этого свидетельства в деле не оформлено, и К. не дает достоверных объяснений, каким образом это «свидетельство» оказалось в его распоряжении.
Вынесение К. определения по делу Ж. с грубым, преднамеренным нарушением требований закона, без извещения и участия прокурора, без извещения защиты и других участников процесса, без проведения судебного заседания повлекло существенное ущемление и нарушение прав и законных интересов граждан.
При оказании помощи судьям Ленинского районного суда судьей областного суда было обнаружено дело Ж. и К. было указано на грубые нарушения закона при его рассмотрении и предложено срочно проверить подлинность справки о смерти Ж. В результате в деле появились два запроса в Омскую городскую больницу N 4, в то время как в «справке» местом смерти Ж. указан г. Ош, расположенный в Киргизии, где он и жил.
Не проведя никакой проверки подлинности документов, дело было отправлено в архив.
В настоящее время достоверно установлено, что Ж. жив, вынесенное К. определение отменено и объявлен розыск подсудимого.
Таким образом, в результате умышленного грубого нарушения требований уголовно-процессуального законодательства по вине К. было прекращено уголовное преследование Ж., обвинявшегося в совершении особо тяжкого преступления.
Грубое нарушение уголовно-процессуального закона было допущено К. и при рассмотрении уголовного дела по обвинению Ф., в связи с чем в его адрес кассационной инстанцией было вынесено частное определение (т. 1 л.д. 19 — 22).
Ф. обвинялась в том, что 16.09.1999 она была задержана при проверке в 6 районе мелкооптового рынка на Черлакском тракте и у нее было изъято 4 упаковки опия массой 1 кг 985 г. В этот же день у нее на даче было обнаружено и изъято в 23-х упаковках и в 2-х металлических контейнерах 18 кг 773 г. опия и приспособленный для стрельбы боевыми патронами пистолет с 58 патронами 9 мм к нему.
Суд под председательством К. незаконно применил к Ф. ст. 82 УК РФ, так как материалами дела было со всей очевидностью установлено, что у нее нет малолетних детей. Наказание Ф. было назначено и с применением ст. 64 УК РФ без конфискации имущества, в том числе и изъятых у нее 113 тыс. 650 руб., исполнение приговора в отношении нее отсрочено «до достижении дочерью Галиной восьмилетнего возраста».
Практически обладательница столь крупной партии наркотиков была освобождена от наказания.
В то же время из материалов дела видно, что в ходе следствия вопрос о составе семьи Ф. тщательно выяснялся. Сама Ф., ее муж и другие лица говорили, что у Ф. только один несовершеннолетний сын — 1983 года рождения.
В ходе судебного следствия адвокат Ф. представил копию свидетельства о рождении дочери Галины, 18 сентября 1994 года рождения.
В нарушение ст. 20 УПК РСФСР, требующей от суда принять меры к тщательному исследованию всех доказательств по делу, тем более таких, которые могут послужить основанием к освобождению от отбывания наказания за совершение особо тяжкого преступления, К. как председательствующий не принял никаких мер к выяснению подложности документа (свидетельства о рождении ребенка) и выяснению вопроса о наличии в действительности у Ф. малолетнего ребенка. Более того, участвующий в деле прокурор ходатайствовал о допросе свидетеля И., отрицавшей наличие малолетних детей у Ф. Допрошенные в судебном заседании муж Ф. и двое ее старших детей не говорили о наличии у Ф. дочери 1994 года рождения (т. 2 л.д. 18 — 20 — ксерокопия протокола судебного заседания).
В своей обвинительной речи в судебном заседании прокурор значительную ее часть посвятил именно необходимости проверки представленной в суде «копии свидетельства о рождении ребенка», так как, как заявлял прокурор, «этот документ сомнителен и противоречит другим доказательствам».
Несмотря на это, председательствующий по делу К. проигнорировал все вышеизложенные обстоятельства, в связи с чем было принято незаконное решение об отсрочке исполнения приговора.
Указанные выше обстоятельства подтверждаются материалами дела и по существу не оспаривались в судебном заседании самим заявителем.
При таких данных, по мнению суда, квалификационные коллегии судей правомерно расценили допущенные К. нарушения закона при рассмотрении указанных выше уголовных дел, как совершение поступков, позорящих честь и достоинство судьи и умаляющих авторитет судебной власти, дающих основание для прекращения его полномочий судьи по пп. 9 пункта 1 ст. 14 Закона РФ «О статусе судей в РФ».
Довод жалобы К. о том, что принятые квалификационными коллегиями решения являются необъективными и незаконными, не может быть принят во внимание, поскольку он ни на чем не основан и опровергается материалами дела, из которых усматривается, что все указанные в решениях факты нарушения процессуального закона при рассмотрении конкретных уголовных дел имели место и они фактически им самим не оспаривались. Более того, данные обстоятельства проверялись дважды квалификационными коллегиями и нашли свое объективное подтверждение, а поэтому у суда не имеется каких-либо оснований полагать о том, что квалификационными коллегиями вынесены необъективные и необоснованные решения.
Не может суд согласиться и с утверждением К. в той части, что квалификационная коллегия судей области не вправе была рассматривать представление Совета судей Омской области о прекращении его полномочий судьи, так как Закон РФ «О статусе судей в Российской Федерации», а также Положение о квалификационных коллегиях судей не содержат каких-либо запретов на этот счет. Более того, в соответствии с названным Положением квалификационные коллегии вправе рассматривать эти вопросы и по своей инициативе исходя из имеющихся сообщений о допущенных судьей нарушениях закона.
Неточное изложение формулировки пп. 9 пункта 1 ст. 14 названного выше Закона квалификационной коллегией судей области, на что ссылается в жалобе заявитель, также не может служить основанием к отмене принятого ею решения, поскольку коллегией в данном случае фактически применен закон, подлежащий применению.
Нельзя признать обоснованным и довод К. о том, что судья не может быть привлечен к какой-либо ответственности без подтверждения его вины в совершении преступного злоупотребления вступившим в законную силу приговором суда ввиду того, что в соответствии с указанным выше Законом вина судьи должна подтверждаться в таком порядке только для установления совершения им преступного злоупотребления, т.е. преступления.
В рассматриваемом случае квалификационными коллегиями установлена вина К. не в совершении им преступления, а в систематическом грубом нарушении процессуального законодательства, что не противоречит закону.
Согласно же содержащемуся в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 августа 1993 г. (с последующими изменениями) преднамеренное грубое или систематическое нарушение судьей процессуального закона, повлекшее волокиту при рассмотрении уголовных или гражданских дел и существенно ущемляющее права и законные интересы граждан, следует расценивать с учетом конкретных обстоятельств как совершение поступка, позорящего честь и достоинство судьи или умаляющего авторитет судебной власти.
Установив при рассмотрении дела систематическое грубое нарушение процессуального закона со стороны К. по названным в решениях уголовным делам, квалификационные коллегии имели основания для прекращения его полномочий судьи за совершение порочащих поступков.
Ссылка К. на то, что допущенные им по делам ошибки явились следствием высокой нагрузки, не может быть признана убедительной, так как выполняемый им объем работы, исходя из характера допущенных им нарушений закона по названным уголовным делам, позволял при надлежащем отношении к выполнению служебных обязанностей избежать их, в том числе и нарушения сроков сдачи дел в канцелярию суда на исполнение.
Не может быть принят во внимание и довод К. о том, что при прекращении его полномочий судьи он фактически подвергся незаконному преследованию за выраженное им мнение по делу Ф., поскольку он ничем не подтвержден и основан лишь на предположениях самого заявителя.
Допущенные К. грубые нарушения процессуального законодательства по делам, независимо от положительно характеризующих его данных, его семейного положения, давали квалификационным коллегиям судей основания для прекращения его полномочий за совершение порочащих поступков, а не в соответствии с поданным им заявлением об отставке.
С учетом вышеприведенных обстоятельств не находит оснований для изменения решений квалификационных коллегий и прекращения полномочий судьи К. в связи с поданным им заявлением об отставке и Верховный Суд РФ.
Другие доводы, на которые ссылались в суде К. и его представитель Пухов В.В., также не могут служить основанием к удовлетворению жалобы.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 191 — 197 и 239.7 ГПК РСФСР, Верховный Суд Российской Федерации
 
решил:
 
жалобу К. на решение квалификационной коллегии судей Омской области от 19 января 2001 г. и Высшей квалификационной коллегии судей РФ от 13 марта 2001 г. о прекращении его полномочий судьи по пп. 9 пункта 1 ст. 14 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации» с лишением квалификационного класса оставить без удовлетворения.
Настоящее решение может быть обжаловано в Кассационную коллегию Верховного Суда РФ в течение 10 дней со дня его вынесения в окончательной форме.
 

 

 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.